PLANETA-BUDUSHEGO ru
» » Коляканова наталья борисовна фото

Коляканова наталья борисовна фото

Раздел : Медицина

Я пришла на съемочную площадку и не смогла сделать то, что Литвинова от меня хотела, потому что у меня было свое представление о том, что я должна делать и играть. Ведь я знаю все, как и что. То есть моя знающая натура потерпела катастрофическое поражение. Рената всего лишь предложила повторить за ней текст, а у меня внутри все вдруг так взбунтовалось! Это я должна повторить за ней?!

Я, Наталья Борисовна, буду повторять с голоса режиссера? А рядом со мной была девушка, которая как ей сказали, так и сделала, и от нее не исходило никакого сопротивления, никакого негатива, только позитив! Потому что ей, Ренате, было, куда вложить то, что переполняло ее и рвалось наружу. Грубый пример, почему Пушкину нравилась Наталья Николаевна? Была такая пустота, которую можно было заполнить собой… А я пришла уже со всем своим грузом!

И не играй ничего! Как говорил один комический актер: Я должна играть, то есть сесть мимо стула! И после съемки я долго переживала. А на другой день, после тщательного анализа произошедшего, извинилась перед Литвиновой за то, что не смогла выполнить ее пожеланий, а она извинилась за то, что не смогла работать правильно, за то, что не знает, как работать с театральным актером.

Весь следующий день я осмысляла — что же произошло? Почему я не смогла? А почему я не смогла это сделать со своим, елки-палки, профессионализмом? Наверное, меня ударили по моим способностям, по моей гордыне, по моему доверию. По всему тому, что накопилось за долгие годы. То есть за долгие годы актерской работы профессия дала мне мастерство, и я к нему так привязалась, что оно стало моей художественной гордостью смеется , и в итоге, моя художественная гордость не позволяла что-то другое мне делать… То, что не укладывалось в рамки мастерства, профессионализма, в рамки моего понимания высококлассной игры.

Но вы же абсолютно не конфликтный человек. Я стою против всего! Я когда прихожу впервые на съемки, на театральные подмостки, я сразу же встаю в оппозицию… помнишь, у Цветаевой: Так, наконец, усталая держаться Сознаньем: И стою, как стена, против всего и всех — против того, как актеры играют, как режиссер говорит.



фото коляканова наталья борисовна


Меня как-то Жолдак позвал в свой в спектакль. И я в таком негативизме просидела у него на репетициях, изнемогая от того, что была против всех и всего! А потом я вышла и сыграла роль, так как я хочу, настояла на своем! На своем профессионализме и мастерстве. Потом все говорили мне: Я заболела так сильно, что думала — сдохну. Вот чего мне стоит мое настаивание на своем. И это неправильно, понимаешь? Я не имею на это права. Незачем настаивать, мои способности никуда не исчезнут, оттого что есть другая точка зрения, другая манера игры, другое творчество!

Нельзя отстаивать свое, нужно допустить и другое, а не хочешь — повернись и уйди, чего ты в это влезла? Тогда что такое цельность, что такое личность, если не надо никоим образом себя доказывать, если не нужно привносить свои идеи в чужое пространство?



фото коляканова наталья борисовна


Нужно и можно все это делать, но не надо по этому поводу испытывать такое разъяренное чувство творческой самости! Но ведь это зависит от темперамента, многим сверхэмоциональность кажется сверхагрессивностью… Н.

Вот у Ренаты темперамент неактивный, она неактивно предлагала мне свою позицию, не кричала. Но у нее была такая же зацепка, как и у меня, поэтому мы и столкнулись. Она так же уверена в своих способностях, как и я, поэтому взялась одновременно продюсировать, режиссировать и играть главную роль. А вы всегда уверены в своих способностях на все сто?

Это мои убеждения, и я их страстно отстаиваю… ценой собственной жизни. А у Васильева вы были так же агрессивно самостны? Мы на самом деле были с ним в антагонистических отношениях.

Но сошлись на одной и той же зацепке… Сначала любишь и обожаешь какого-то человека, жить без него не можешь, ведь у вас одни и те же мысли, одни и те же планы.

Я всегда искала идеальный театр, который представлялся мне в мечтах, и когда встретила Васильева, то сказала себе: Как только я начинаю про театр говорить, меня начинает всю сотрясать! Мне кажется, что это не только часть моей жизни, а просто куски мяса моего! А представляешь, что такое для меня смотреть спектакли, которые не соответствуют моему идеалу?

Это как будто изнасилование… Чтобы разрушить силу этих идеалов, пришлось использовать много средств, в том числе общение с Анатолием Васильевым. Знаешь, как бывает в жизни: А может быть, не надо рушить идеалы?

Чтобы понять, что ты в этом мире — прохожий… что тебя на экскурсию пустили! Все мы смертны, но зачем ежесекундно изводить себя этой мыслью? Зачем мешать себе жить ощущением собственной бренности? Есть множество примеров — актрисы, художники, музыканты, которые любят свою популярность, и они нормальные люди, не заносчивые, не сволочные, понимающие недолговечность жизни вообще и жизни в искусстве в частности.

Но популярность дает им дополнительный кислород. Они живут в гармонии и с собственными способностями, пусть эти способности минимальны, и с собственной популярностью. И с тем, что жизнь — это миг и вечная игра… Почему бы вам так не жить? Именно такие актеры являются моими учителями. В том смысле, что доказывают — люди могут быть и такими?

Чего это ты, Наталья Борисовна, предъявляешь какие-то особенные, повышенные требования к людям? У меня нет компромиссов. Я сразу — вот в чем ужас - включаюсь в осуждение, в ненависть.


Даниил Белых и Наталия Коляканова: обреченные быть актерами

Я не принимаю того, кто играет не так, как мне, Наталье Борисовне, видится… Е. Ваш репетиционный процесс всегда проходит в таких мучениях? Я — это крайний случай! Дело в том, что если мне попадается то, что я реально — физически и морально — не выдержу, я как-то увиливаю. Мое здоровье позволяет участвовать сейчас только в необременительных проектах.

Вот у Ренаты я должна была работать всего три съемочных дня. Интеллект как-то помогает убивать ваши противоречивые и мучительные внутренние ощущения во время творческого процесса? Это не от интеллекта, а от сознательного осмысления должно происходить. Значит, есть выход из таких кошмарных взаимоотношений с ролью?



фото борисовна коляканова наталья


Я не к роли отношусь кошмарно. Это от моей страсти к театру, к искусству, от моей безумной любви-ненависти к сцене и к профессии происходят такие мучения. Я сейчас говорю про то, что накопилось. Не про каждую конкретную ситуацию, а про весь тот негативизм по отношению ко всему, что я сделала… Е. Если меня заставят красить забор, я, может быть, и обижусь, ведь внутри мне кажется, что я должна романы писать.



Коляканова наталья борисовна фото видеоматериалы




Но постепенно я увлекусь процессом работы и механически уйду от первоначальных мук. Ну и забор, между прочим, покрашу в итоге хорошо. Я тоже могу покрасить забор хорошо, изначально чувствуя отвращение к этому вонючему забору! Я заставлю себя это делать! Но в результате я буду болеть!! Потому что изначально я отнеслась к этому негативно. То есть заложила в это дело неправильную информацию, понимаешь? Негативную информацию и об этом деле, и о себе.

И о мире… Всего лишь посланная мной в жизнь мысль способна разрушить меня. Кажется, это всего лишь мысль… а в ней уже сформировалось твое наказание. И в итоге — болезнь. То есть надо быть осторожным, прежде всего в мыслях. Нереально, но стремиться к этому необходимо. А как же вы с партнерами играете, если они вам внезапно становятся неприятны? Я придумала для этого одну вещь, отмазку.

У Васильева мы все играли в одну игру с определенными правилами, а когда я прихожу на съемочную площадку, то понимаю, что со мной никто не будет обсуждать эти правила. Поэтому я существую на сцене по своим законам. И не обращаю внимания на технику игры моих партнеров. Эта ситуация напоминает отношения террориста и заложника. Террорист произносит активный текст. Так и я, зная, что глаза в глаза с партнером по фильму мы ничего не выясним, потому что это особое плетение роли, эту искру общей игры надо долго высекать, я не обращаю внимания на партнера.

Эти шахматы вдвоем — сложная, мучительная работа, надо договориться и долго, тщательно какое-то тонкое единение друг с другом выстраивать. А на съемочной площадке один играет в шахматы, другой в баскетбол, а третий в водное поло. В результате я привыкла выстраивать свою роль самостоятельно, вне зависимости от режиссера, от партнеров… Если мне режиссер дает свободу, то мне очень комфортно.

А не назовете этих замечательных кинорежиссеров, которые вам требуемую комфортность предоставили? Я ведь не снялась ни у Тарковского, ни у Михалкова, ни у Сокурова.


Материал из Википедии — свободной энциклопедии

И это, конечно, для меня такое расстройство! Кстати, может быть, Сокуров и не зовет меня из-за того, что он профессиональный человек. Зачем ему нужен другой профессионал, который к тому же будет настаивать на своем профессионализме?! Он лучше возьмет с улицы. Вот почему они так любят брать людей с улицы! Потому что те пока не имеют тщеславия по поводу своей профессии, они пока еще в этой профессии никак не заинтересованы.

Режиссер выбирает именно того, кто подчинится его фантазии. Режиссеры эту податливость кожей чувствуют. А когда для актера его профессия — всё, источник всей его ярости, и энергии, и вообще жизни… Такая страсть и такие нервы ни к чему режиссеру.

Разве он любил невразумительное ничто, взятое с улицы?


Интервью с артистами.

Кино ведь одноразовое дело. А у Васильева ничего одноразового не было. У него зацепка другая — долго, трудом выстрадать свою причастность к искусству. Ты должен кровью и потом полить свою роль, свое присутствие на сцене.

Ты обязан сжечь себя на костре искусства до остатка. И только тогда ты имеешь право быть! Он может довести человека до истерики, вроде бы ничего особенного не говорит, а ты плачешь. Так где вам легче?

От чего вы больше болеете? От театра, где ваш профессионализм необходим, где ваша страсть вызывает всеобщий восторг, или от кино, где никому все это не надо? Мне кажется, я отработала огромную дозу терпения, находясь у Васильева, но взамен я получила профессию смеется , которую нигде больше не могу применить! Какое же это наказание! Страсть очень часто разрушает идеал. Любовь бывает такой сильной, что потом начинаешь ненавидеть любимого, любимую… Так у Достоевского.



фото коляканова наталья борисовна


Губительная, невыносимая, всеобъемлющая страсть, которая заставляет влюбленного убить собственный идеал. Театр был для меня такой же страстью, таким огнем, он объял меня всю, а я подбрасывала туда еще топлива, и он горел еще сильнее… И всё — остались одни головешки. Все сгорело… Я сейчас хочу расчистить свое поле деятельности. Хочу расчистить, потому что за всеми моими качествами, за всеми моими грехами не создается будущего. И сегодня я ставлю цель — не сыграть какую-то роль, а создать новые условия для возникновения новой роли.

Вокруг меня должно что-то состояться. Небосклон должен быть чистым. Но пока не удается. Наверное, поэтому нет и новых интересных ролей. А насколько актер должен подчиняться диктатуре творчества? Там Варю играет Инга Оболдина. Инга как актриса, как человек наивна и открыта для Някрошюса, для его творческого хотения. И для творческого хотения другого режиссера… Она никогда не настаивает ни на чем.

Она с удовольствием делает то, что ей предлагают. И эта внутренняя открытость дает возможность создавать роли без ущерба для ее личности. Инга бросила в топку Някрошюса все, без остатка… Она подчинилась дрессировке. И сыграла в результате гениально! Ее Някрошюс обязательно будет приглашать еще, будут приглашать и другие режиссеры, потому что Инга удобна и для себя, и для режиссера.

Маленький предприниматель — Даниил, вы были артистичным? Я хорошо помню, как в Иркутске морозным утром везла тебя на санках в театр. Даня был спокойным ребенком, никому не мешал. Правда, и особого интереса к происходящему вокруг не проявлял.

Данила знал много стихов, но заставить прочесть их перед кем-то было невозможно. Сейчас за счет нашей коммунальной квартиры на верхнем этаже здания расширили площадь театра. А какие у нас были соседи: Белла Ахмадулина, Александр Кайдановский!

Театр Анатолия Васильева являлся творческой лабораторией, но мне ближе сравнение с монастырем Шаолинь. Например, на обед мама приходила в кимоно.

В театре было много тренингов, актеры занимались боевыми искусствами — ушу, тай-чи. Все это нужно было для роли.



фото борисовна коляканова наталья


Готовить не любила, да и времени не было, зато Данила готовит отлично. Спасибо, мама, наконец-то ты признала мой кулинарный талант улыбается. Обычно ты ворчишь, что вся квартира пропахла мясом смеется. У меня богатый опыт предпринимательской деятельности. Ни с чем не сравнимое удовольствие, сидя на задней парте, сжимать в промасленных ладонях фиолетовые двадцатипятирублевки и красные десятирублевки.

За один день мог заработать столько, сколько учитель за месяц. Но у мамы на зеркале долго висела игольница в виде божьей коровки, которую я сделал на уроке труда. Спустя время понимаешь, что вот эта простая игольница для нее более ценная, чем какой-то подарок, купленный за деньги.


Коляканова Наталья Борисовна

Даниле не нравилось учиться. Я не посетил и половины занятий, у меня колоссальные пробелы по всем предметам. Актерство казалось мне спасением — думал, что смогу продолжать бездельничать. Честно говоря, до конца не понимал всю ответственность этой работы. Помню себя в восемь утра на Пушкинской площади — в руках бутылка вина, рядом красивая девушка, а через два часа съемки у Тиграна Кеосаяна. То, что только с четвертого дубля смогу выговорить текст, меня не волновало.

Никогда не относился к своей профессии серьезно. Конечно, я предпочла бы видеть сына юристом или финансистом. И для меня актерская профессия временная, сродни самодеятельности. Но к сожалению, у Данилы не было выбора. Я не дала ему хорошего образования. Благодаря Анатолию Васильеву у меня был смысл, а когда я его потеряла, то ушла.


Ссылки

Дата : 2006
Совместимость: Виндовс Vista, 8.1,7,
Локализация: RU
Размер файла: 611.26 Kb




Комментарии

Имя:


E-mail:




  • © 2009-2017
    planeta-budushego.ru
    Написать нам | RSS записи | Sitemap